Женщина-Апрель (glukovarenik) wrote,
Женщина-Апрель
glukovarenik

Холера в Петербурге в 1831 году. (РАЗСКАЗ ОЧЕВИДЦА).

В 1831 году я находился на службе в Петербурге. Всем известно, какими печальными сценами сопровождалась там холера, какия (под влиянием уверенности, что люди мрут не от болезни, но от отравы) позволял себе народ своевольства. Бывши свидетелем происшествия на Садовой, я хочу рассказать его так, как его видел.

Не помню, в какой именно это было день, только я шел но Невскому, по направлению от Полицейскаго моста к Аничкову. Приближаясь к Публичной библиотеке, я увидал, что народ бежит с Невскаго на Садовую; как любопытный сын Евы, я последовал за всеми. Поворотивши за угол Гостиннаго двора, я увидел, что улица уже затоплена народом; все стояли и смотрели на окна двух-этажнаго дома в недальном разстоянии от Публичной библиотеки, из верхняго этажа котораго, летели матрасы, одеяла, подушки, а наконец, кровати и люди. Сколько именно вылетело из окна людей, я определительно сказать не могу. Помню только, что был не один, может быть двое или трое....
....
К вечеру того дня, как в Садовой выкинутые из окна медики совершали свое воздушное путешествие, двоюродный брат мой (А. Н. С—в) был свидетелем другой сцены, подобной этой. Он жил в Подъяческой и от него через канаву была больница, помещавшаяся в одно-этажном деревянном доме. Точно также как и в Садовой, толпа повыкидала из больницы все, что там было, потом взобралась на крышу, раскидала железные листы ея и разобрала дом до основания. Потом, найдя на дворе холерную карету, запряглась в нее и с песнями возила по улицам, до тех пор, пока, утомившись, не сбросила ее в канаву....
....
Шел я от Воейкова по Шестилавочной улице, с запасом иностранных журналов в кармане для перевода на завтрашний день. Подходя к Пяти Углам, я вдруг был остановлен сидельцем мелочной лавки, закричавшим,что я в квас его, стоявший в ведре у двери, бросил отраву. Это было часов около 8 вечера. Разумеется, на этот крик сбежались прохожие и менее нежели через минуту я увидел себя окруженным толпой, прибывавшей ежеминутно. Все кричали; тщетно я уверял, что я никакой отравы не имел и не бросал: толпа требовала обыскать меня. Я снял с себя фрак с гербовыми пуговицами, чтоб показать, что у меня ничего нет; — душа была не на месте, чтоб толпа не увидала иностранных журналов и в особенности польских, бывших в числе их. Толпа не удовольствовалась фраком; я принужден был снять жилет, нижнее платье, сапоги даже нижнее белье и остался решительно в одной рубашке.
Когда окружающие меня, наводнившие улицу до того, что сообщение по ней прекратилось, увидали, что при мне подозрительнаго ничего нет, тогда кто-то из толпы закричал, что я „оборотень" и что он видел, как я проглотил склянку с отравой. Досаднее всех мне был какой-то господин с Анной на шее, — он больше всех кричал и всех больше приставал ко мне... После слова оборотень в толпе закричали, что меня надо убить, и некоторые отправились для этого на соседний двор за поленьями дров. Видя приближение смертнаго часа, я стоял почти нагой среди толпы и поручал душу мою Богу.

Ccылка

От себя - есть вещи, которые не меняются. Пугает собственная убежденность, что если что, мы будем наблюдать всё те же самые сцены, несмотря на 100% грамотность и прочую фигню.
Tags: История, Питер, Родина
Subscribe
promo glukovarenik january 17, 2024 20:14 18
Buy for 20 tokens
Сделала еще один пост - теперь строго географически Россия Москва Экскурсия в ХХС: пост 1 - Музеон и вокруг, пост 2 - Звонница, пост 3 - подвалы ХХС Московский храм преподобного Пимена Великого (Троицы Живоначальной) в Новых Воротниках, что в Сущёве Симонов монастырь Николо-Угрешский…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments